«Сложно назвать бизнесмена, которому не инкриминировали экономические преступления». Чего стоит репутация дельца в Беларуси

Деньги • Ирина Михно
Способны ли аресты убить репутацию бизнесмена или они, наоборот, увеличивают авторитет среди своих? Нужно ли бизнесу общаться с государством и как это делать, чтобы ничего не потерять? KYKY поговорил о репутации предпринимателя с Алексеем Купреевым – соучредителем SMM-агентства UFOX и образовательного проекта Rocket (и не только).

В 18 лет Алексей зарабатывал тем, что отмывал подносы и туалеты в одной из беларуских забегаловок. В 21 год – он уже был руководителем открытия торговой точки в Солигорске. Сейчас Алексею – 27 лет, за шесть он смог построить SMM-агентство Ufox Media, стать соучредителем группы компаний в сфере digital-маркетинга, образовательного проекта Rocket и академии бега Youcan, занимающейся подготовкой к полумарафонам. А еще у Алексея есть собственный образовательный центр, так что теперь он может позволить себе каждые полмесяца проводить в теплых странах, а оставшиеся – выступать перед целыми залами и раздавать интервью на тему, почему много работая, ты можешь не добиться успеха от слова абсолютно. Так как Алексей занимается, в том числе, продвижением, мы решили расспросить его о репутации беларуского предпринимателя.

KYKY: Что такое репутация для бизнесмена?

Алексей Купреев: Сейчас очень популярна тема криптовалют, но десять лет назад практически никто не знал, что такое биткоин. То же самое сейчас происходит с беларускими предпринимателями: они делают свое дело, создают продукт, но о 99% из них никто не знает, поэтому их ценность минимальна, как и раньше – ценность биткоина. И когда вокруг них появится такое же сильное информационное поле, которым сейчас окружен биткоин, возрастет и их ценность. Но, к сожалению, не каждый предприниматель готов вкладывать в маркетинг, поэтому их влияние растет не так быстро, как могло бы. Это про ситуацию на рынке в целом. Что такое репутация? Доверие со стороны важных тебе людей, понимание того, что они тебе верят и поэтому уважают. Это могут быть люди абсолютно из разных сфер – государство, партнеры, бармены, но только те, которые важны именно тебе. Лично мне не нужна всенародная любовь, она никак не скажется на моем бизнесе. Недавно про нашу компанию вышел текст на одном популярном ресурсе, как итог – 60 тысяч просмотров и сотня комментариев о том, что я «наворовал», мне «мама с папой помогли», «просто повезло»... Нужно ли мне доверие в глазах тех, кто это писал? Нет. Репутация – доверие со стороны твоей «целевой аудитории».

KYKY: Многие бизнесмены участвуют в телепроектах, организовывают семинары, тренинги – такие формы трансляции себя приветствуются в бизнес-среде?

А.К.: С точки зрения репутации, подобные вещи нужны, конечно, они масштабируют тебя и твое дело, дают возможность донести мысли до аудитории. Из 700 дней за прошедшие два года, наверное, около 300 я выступал. Странно, что чиновники практически не используют этот инструмент: лучше рассказывать про очередную благоустроенную аллею через живое общение с людьми, нежели захудалые печатные СМИ, как мне кажется. В этом деле главное, что и как ты говоришь со сцены. Выступления перед людьми – очень важная часть работы предпринимателя, потому крайне ответственная.


Кто-то ведь может воспринять очередной публичный спич человека как руководство к действию, хотя пособие будет откровенно не очень. Правда, есть выступающие бизнесмены, которые не имеют реального бизнеса – занимаются только обучением, инфотренингами. К таким я отношусь обычно крайне скептически. Хотя есть и исключения – Энтони Роббинс, например. Это человек-мотиватор, талант, который может вдохновить, но больше – ничего: практического пособия от него ты не получишь. Проще говоря, абсолютно точно не стоит ходить на семинар, если ты хочешь научиться чему-то. Ну, представьте себе лекцию по технологии рубки дров – вряд ли после нее вы приедете домой и правильно наколете поленьев. Играет роль и то, как говорит человек. К слову, в стране есть курсы ораторского мастерства – это высшая планка (улыбается). Я посещал только те уроки, которые касаются непосредственно речевого имиджа.

KYKY: Речь важна, закрепили. А внешний вид беларуского бизнесмена имеет значение?

А.К.: Безусловно. Предприниматель не обязательно должен быть одет с иголочки, он может ходить и в «небрежном», быть в одном и том же свитере на всех фотографиях. Главное – отработанный стиль, качественно выстроенный образ (в который входит не только одежда, но и повадки, мимика, жесты). Интересно, когда в человеке (в частности в его внешности) есть фишка, за которую можно зацепиться. Я знаю многих стилистов, которые ведут соцсети просто потому, что так делают все, потому что это модно, но когда я смотрю на их снимки – восхищения не возникает, и я понимаю, что никогда к ним не обращусь.

«Среди беларуских предпринимателей есть талантливейшие люди, которые оказались «по ту сторону»

KYKY: Отойдем от внешних к «внутренним» факторам: когда бизнесмена в Беларуси сажают – это плохо для его репутации, или, наоборот, хорошо? Либо все зависит от того, по какой статье он сидит?

А.К.: Очень тонкая тема… Мне сложно назвать хотя бы одного беларуского бизнесмена, занимающегося делом с начала 80-90-х, которому не инкриминировали статей за экономические преступления. Предприниматель – существо, которое изо дня в день пытается найти интересные ходы для решения своих задач и вопросов и часто эти ходы идут вразрез с законодательством.

Настоящие прорывы совершались, когда власть не была к ним готова. Когда Ford пытался представить миру первую машину, в Нью-Йорке еще действовал закон, регламентирующий количество навоза на улицах. Все на повозках ездили, тогда об авто и речи не было!

Так что если идея, которую ты пытаешься продвинуть в общество, – полезная, в конечном счете, история с «посадкой» будет позитивной. Среди беларуских предпринимателей есть талантливейшие люди, которые по разным причинам оказались «по ту сторону», но в итоге вышли и продолжили оказывать огромное влияние на развитие нашей страны. Виктор Прокопеня, например – этим человеком нельзя не восхищаться за то, что и как он делает.

Фото: Elmo Tide

KYKY: Задержанных жалеют те, кто остался на свободе?

А.К.: Никто никого не жалеет, у нормального предпринимателя нет понятия «жалость». Все прекрасно понимают, что в работе есть определенные сложности, с которыми просто надо бороться. И если человек совершил неблагородный поступок, он получает по заслугам. Обсуждать могут, но делают это только кухонные и диванные аналитики – люди, которые никогда не сделают бизнес в Беларуси, потому что придерживаются мысли «сажают всех». Вообще, среди моих партнеров и коллег сейчас ходят разговоры о том, что в стране наблюдается улучшение бизнес-климата за счет недавно принятых декретов, которые, в частности, подразумевают снижение ответственности по экономическим преступлениям и перевод многих статей из уголовных в административные. Это большой шаг со стороны государства навстречу предпринимателям.

KYKY: Вы говорите, что «не жалеют», но, когда появилась новость о задержании бизнес-ангела Александра Кныровича, многие из его «коллег» писали, что его как раз «жалко» – мол, «ни за что».

А.К.: А кто на самом деле знает, что «ни за что»? Я не говорю про ситуацию Александра – я не знаю историю достоверно и не могу о ней судить. Но давайте разберем случаи, когда «человек – хороший, это просто государство у нас такое». Ты можешь 99% своего времени тратить на открытие баров, посадку деревьев и ремонт лавочек в парке, за счет чего твое информационное поле будет совершенно чистым и белым. Но в оставшийся 1% времени ты можешь делать что-то незаконное – и об этом, по сути, будет знать только государство и, собственно, ты сам. Именно поэтому подобные ситуации и происходят.

Я знаю ребят, у которых были проблемы с законом только потому, что они хотели немного сэкономить или как-то еще упросить себе жизнь.

И когда все снова становилось хорошо, от них не отказывались их партнеры. К сожалению, в постсоветских странах государство играет немного не ту роль… Как сказала Маргарет Тэтчер, государство должно обслуживать народ, создавать комфортную инфраструктуру для его жизни, пока он зарабатывает деньги. У нас же зарабатывать деньги пытается государство. И пока мы не переломим этот момент, таких ситуаций будет много.

«Общаться с чиновниками – естественный процесс в прогрессивной бизнес-среде»

KYKY: А что насчет связей с государством? Нейтрально к «дружбе» с верхами относятся, или же тихо осуждают, например, Юрия Чижа?

А.К.: Ситуацию с Чижом мы все оцениваем с поверхности: камешек где-то там в воду упал, а до нас спустя несколько километров дошли только круги. Как и что у него с властью происходит на самом деле, знает только он. Предпринимательство – это игра в риски и прибыль, только риски тебе гарантированы всегда, а прибыль – нет. Будешь ли ты играть в эту игру – решай сам.


KYKY: Спрошу по-другому, если фото беларуского бизнесмена вместе с каким-нибудь чиновником появится на главной странице крупного портала, его не обругают за спиной?

А.К.: Могут обругать, конечно. Мы еще не привыкли к такому. Но посмотрите на развитые страны – там же реально значимые вещи всегда достигаются только совместно с государством. Скажу так, общаться с чиновниками – естественный процесс в прогрессивной бизнес-среде, увы, не вся наша беларуская бизнес-среда прогрессивная. Радует, что времена меняются и те предприниматели, которые появляются сейчас, «растут» в более благоприятной атмосфере. Думаю, лет через десять мы уже не увидим серых бизнес-схем, только более прозрачные. Тогда же у журналистов перестанут возникать вопросы, влияет ли дружба с властью на репутацию бизнесменов.

KYKY: Вы говорите про улучшение бизнес-климата – что конкретно изменилось за последние хотя бы пять лет? Взяток меньше стали брать?

А.К.: Все чиновники, с которыми нам приходилось контактировать и во время регистрации компании, и во время согласования крупных рекламных компаний никогда не оказывали жесткого сопротивления. Возможно, дело в подходе – когда приходишь к человеку с полезным проектом и позитивом, он тебя понимает и отвечает тем же. Про взятки – я с ними никогда не сталкивался. Максимум, могу сделать комплимент кофточке моего налогового инспектора, а она через пару месяцев напомнит, что нашу компанию поставили в план проверок. Можно такое расценивать как взятку? Скорее это что-то про банальные человеческие отношения. Вы же понимаете, что я утрирую?

Что касается улучшения бизнес-климата, раньше где-то 98% компаний, к которым приходили проверяющие органы, получали штрафы – просто у государства есть план по их назначению, даже есть план по конфискации имущества.

Сейчас мы видим, что эти правила меняются, переформатируются. Уже любой, кто начинает бизнес и ведет его легально, не обманывая никого, может абсолютно спокойно работать на протяжении первых пяти лет – проверки его не коснутся. А у тех, кто сейчас работает в IT-сфере и вовсе лучшие в мире условия труда. Беларусь – прекрасная страна для жизни, особенно, если каждый месяц на неделю-другую из нее уезжать. Вот я недавно в Альпах был, скоро на Тенерифе поеду. Все дело в погоде: в нашей стране солнца и снега я, увы, получить не могу. А вот с точки зрения ведения бизнеса все и правда становится приятнее.


KYKY: В стране появились крупные бизнесмены, которых знают далеко за пределами Беларуси – тот же Юрий Гурский, Виктор Кислый – как к таким людям относятся в бизнес-среде?

А.К.: С огромным уважением. Вообще, у вас такие вопросы… Понравятся кухонным аналитикам. Ладно, таких людей, как Гурский и Кислый действительно обсуждают, но не с негативной окраской – наоборот, все знают, что это классные люди, которые сделали кучу классных вещей. Куда бы я ни приезжал: Барселона, Алматы, Тель-Авив, другие места мира – везде знают про их проекты. А в Силиконовой долине Беларусь (во многом благодаря именно этим людям) и вовсе котируется как сильная IT-страна, правда, к сожалению, под глупым грифом «последняя диктатура Европы».

KYKY: Среди наших бизнесменов есть стереотип о том, что если продвинуться далеко по карьерной лестнице, могут взять на контроль, так что лучше быть «средним»?

А.К.: Вот вы постоянно говорите слово «бизнесмен», а я – «предприниматель». Ваше обозначение создает небольшую границу: я мол тут, а это – бизнесмен (значительно повышает голос – Прим. KYKY). Мне кажется, слово «бизнесмен» – уже рудимент, что-то из 90-х, ассоциирующееся с золотой цепью и грязными деньгам. Предприниматель – тот, кто что-то предпринимает, креативит, создает. Мне кажется, это слово более уместно в нашем разговоре. Ну, вернемся к теме: такие люди наверняка есть, но, к счастью, не среди моего окружения. Когда начинаешь заниматься бизнесом, важно задать самому себе вопрос: «Зачем я это делаю?» Если ответ будет типа «чтобы получить свободу от начальника и построить дом» – дело одно, но когда понимаешь, что цель – идея, которая улучшит мир, повлияет на бизнес-среду в родном городе или стране в целом, ты должен осознавать, что без общения с государством тебе не обойтись. Задавая себе подобную планку, ты как предприниматель не имеешь морального права выдавать зарплату в конвертах и оптимизировать налоги, как тебе хочется. А когда твой бизнес чист – глупо бояться общения с государством. Также глупо, как останавливаться на определенном уровне из-за мыслей, что могут «взять на контроль».

Представьте, если бы так когда-нибудь подумали тот же Гурский и Кислый: «Я хочу, чтобы моими танчиками пользовались не сто миллионов, а сто тысяч людей, а то придет проверка и сделает мне плохо».

Смешно просто. Подобные страхи – удел незначительных людей. С другой стороны, я могу понять и тех, кто делает бизнес ради того, чтобы жить в своей зоне комфорта: открыл сеть из трех прачечных, на заработанные деньги построил дом, кормишь семью, возишь ее на отдых и живешь себе дальше, не расширяешься. Но не из-за страха перед кем-то, а потому что и так хорошо.

Фото: Larry Hallegua

KYKY: На волне темы не могу не спросить: неужели предпринимателю обязательно быть кристально «чистым» в СМИ? Просить удалить статьи из медиа – нормально?

А.К.: Не думаю, что многие поклонники фирмы Apple знали, что Стив Джобс придумывал свои продукты под ЛСД, как и фанаты группы The Beatles не были в курсе, что их любимый кассовый альбом музыканты написали в состоянии сильного наркотического опьянения. В противном случае их бы (фирму и группу) покарало государство… Не обязательно быть «чистым», просто часто журналисты пишут материалы, в которых искажают реальность. У нас была недавно такая ситуация: вроде бы все написанное – правда, но посыл совсем не тот, который мы бы хотели обществу передать. А это важно, чтобы в СМИ были материалы, которые коррелируют с твоим образом. Проще говоря, русский бизнесмен Олег Тиньков может хоть каждый день подавать на кого-то в суд, и заметки об этом в новостях никак не повлияют на его репутацию, потому что подобные вещи не противоречат его личности.

KYKY: Вы не ответили прямо.

А.К.: Факт удаления материалов влияет на твою репутацию, если кто-то заметил этот факт и захотел прилюдно об этом заявить. Тогда ситуация может отразиться на тебе негативно.

«Оффлайн-бизнес пытается войти в ИТ»

KYKY: Какая самореклама считается не стыдной?

А.К.: Страницы в социальных сетях. У меня, например, есть брендинговая стратегия развития инстаграма, составлен контент-план, рубрики и стоп-рубрики. В последних числится алкоголь (я не пью) и моя семья – я ее оберегаю и не хочу никого пускать в это пространство. Вообще, я стараюсь публиковать только то, что будет интересно почитать моим клиентам и партнерам – целевой аудитории. Я под нее выстраиваю свой контент. Это инструмент, который приносит пользу: мне нужны новые ребята для поездки, я снимаю пару сторис в инстаграм – и они находятся. Если ты хочешь быть профессионалом, нельзя по всем темам проходиться словесным поносом, все должно быть сконцентрировано и сосредоточенно на твоих целях.

У того же Илона Маска вы вряд ли найдете посты про женщин и детей, в основном – про ракеты и электрокары, так как это его специализация. Хотя у него шесть прекрасных сыновей.

Сейчас соцсеть – твой профайл, и будь ты даже самым большим молодцом, если там появится что-то неугодное обществу, тебя начнут «поливать» и репутация пострадает.

Laura Aguilar

KYKY: В России среди бизнесменов пошла мода на благотворительность, все фонды открывают. А что модно у нас?

А.К.: Пока что модно обсуждать государство (улыбается). Если серьезно, примерно восемь из десяти моих друзей, как сейчас говорят, хотят «войти в айти». У товарища, например, сеть СТО, но даже он уже переключил мозг, начал что-то придумывать в этом ключе. Вообще, все же видят, в какую сторону Беларусь двигается, поэтому в кафе начинают появляться планшеты, внедряются облачные технологии, у СТО появляются мобильные приложения – так что у нас в моде интеграция оффлайн-бизнеса с айти. А до благотворительности нам еще далеко. Хотя, опять же, что понимать под этим словом? Можно ли считать открытие супермаркета в городе, где его никогда не было, благотворительностью? Ну и что, что он будет мне деньги приносить – людям же от него тоже польза будет. Благотворительность расшифровывается как «творить благо» – если я за ваш кофе заплачу, тоже, получается, сделаю благое дело, разве нет? Как по мне, лучше магазин построить, чем в детские дома подарки привозить… Я уже возил, общался с директорами и знаю, как и кому потом эти подарки достаются. Если уж на то пошло, лучше помогать компаниям, которые занимаются пристраиванием детей из детдомов, дают этим детям менторов, которые с ними занимаются – вот в такие вещи действительно стоит вкладывать. Но каждый решает сам.

Заметили ошибку в тексте – выделите её и нажмите Ctrl+Enter
По теме

«Посмотри на свою страну, а теперь на Эстонию». Почему беларусы не успели стать цифровым обществом

Деньги • Мария Русинович
Почему у эстонцев получилось стать первой цифровой нацией и что сейчас заимствует у Таллинна весь Евросоюз? В чем заключается успех Эстонии и почему у нас не будет так же, разбираемся с экспертом в области теории и практики электронного управления, специалистом Сyberaan Анной Шмагун.
Популярное