«Это не наша работа». Как заставить государство выплатить страховку маме, упавшей с эскалатора в метро

Боль • Ольга Родионова
Только настойчивость поможет узнать правду и получить компенсацию — такой вывод сделала наш журналист Ольга Родионова, пройдя бюрократическую мясорубку, отстаивая закрепленные законодательством права своей матери, которая упала с эскалатора в метро. Конкретным кейсом она делится с читателями.

Поскольку наши комментаторы под первой статьей интересовались, чем закончилась история с падением в метро моей мамы, я не считаю нужным что-либо скрывать после завершения этой баталии... Напомню, 22 июня моя мама получила в метро травмы, а именно: сотрясение головного мозга и оскольчатый перелом дистального метаэпифиза правой лучевой кости со смещением отломков. Мытарства, связанные с поиском в медучреждениях города и попытках узнать правду о случившемся в управлении метрополитена, впрочем, померкли с дальнейшим разбирательством со страховой компанией «Белэксимгарант».

Что же всё-таки произошло

Написав заявление на имя директора ГП «Минский метрополитен» Сотникова В.Т. о том, что я хочу просмотреть видео с камер вестибюля метро «Октябрьская», я стала лечить маму по месту прописки, жарить ей котлеты и всячески жалеть, как и положено нормальному ребенку своих родителей. Приблизительно через неделю мне позвонили и пригласили в кабинет одного из сотрудников управления - посмотреть короткий и поучительный фильм ужасов с моей мамой в главной роли. Не могу сказать, что со мной были нелюбезны, несколько раз переспросили действительно ли я хочу это видеть. Я хотела. Зрелище было не из приятных: мама на видео сделала сальто через голову на 180 градусов, достойное каскадера. То, что я не осталось сиротой — большой подарок небес. Но отчего было мне не показать это сразу? Работник метрополитена сказал мне, что у него тоже очень пожилые родители, которых не удержишь дома, и он прекрасно меня понимает, и слава богу, что всё относительно неплохо закончилось. И что, несомненно, это страховой случай, так как каждый пассажир метрополитена, купив жетон на проезд, автоматически страхуется в «Белэксимгаранте». Со своей стороны они составили акт о причинении вреда жизни, здоровья пассажиру и передали его в указанную страховую компанию. И сказали, что с нами свяжется их представитель. Он лично не сомневается, что компенсация расходов на лечение нам будет выплачена.

Еще через пару недель маме пришло заказное письмо.

Вроде всё здорово и быстро, скажете вы. Но не торопитесь.

Я позвонила специалисту страховой компании, чтобы уточнить некоторые детали. Совершенно ясно, что самостоятельно написать заявление для получения страхового возмещения поломанной правой рукой мама не могла. Меня уверили, что я могу сделать это своей, целой, за нее, а маме надо будет кое-как расписаться внизу. Документ организации здравоохранения об оказании медицинской помощи, то есть выписку из больницы скорой помощи, они запросят сами, это не проблема. Мне оставалось получить заключение управления Государственного комитета судебных экспертиз Республики Беларусь о степени тяжести телесных повреждений, причиненных потерпевшему. Не так сложно звучало, как мне показалось. Но когда кажется — надо креститься.

Как получить законодательно утвержденное заключение

И вот тут началось самое интересное. Оказывается, управления Государственного комитета судебных экспертиз Республики Беларусь в городе Минске распределены порайонно. И, что малоудивительно, они находятся в труднодоступных местах. К тому же, долго решалось к месту прописки пострадавшего или к месту произошедшего несчастного случая следует обращаться за заключением. На звонки мне пришлось потратить три дня. И тут выяснилось - сюрприз! - что данная процедура платная, около 20 рублей за осмотр и диагностику. Сделать это заочно, по документам — нельзя, надо обязательно приехать с мамой. Где логика? То есть лишний рентгеновский снимок, ощупывание руки — зачем это всё дублированное из карточки медицинского обслуживания районной поликлиники? Нет ответа. Таскать по городу на жаре пожилого человека мне очень не хотелось, и я продолжила телефонные разговоры с экспертами. И один из них (просто повезло) сказал: постойте, если есть снимки и заключение врачей, то зачем вам мы и личный осмотр? Тем более, что выдать на руки мы вам сможем справку о телесных повреждениях, носящую информационный (и не более) характер. Заключение правления Государственного комитета судебных экспертиз Республики Беларусь выдается по определению (постановлению) суда работникам правоохранительных органов, в данном случае милиции метрополитена. Так прописано в законе, вам заключение на руки никто не выдаст. Чувствуете, как пахнет замкнутый круг? То есть случай мой изначально некриминальный (и я на этом настаиваю), но для выплаты страховки мне необходим на руках документ, который может получить только человек в погонах, а я как физическое лицо — никогда и никак.

Фото: Лорен Рош

Я вздыхаю и еду опять на проспект Независимости, 6, где пытаюсь попасть в УВД по охране Минского метрополитена. Рядовые милиционеры ложатся грудью передо мной, будто я пришла в поясе шахида, и говорят, что раз не будет разбирательства на тему криминала, то, до свидания, барышня, это вообще не наш профиль. Я прошу позвать кого-то из руководства, меня спрашивают, зачем, и пытаются всячески подвести к выходу на свежий воздух. Но, как вы понимаете, у меня много свободного времени, а также решимости довести дело до конца и убойный аргумент, который я называю «включить блондинку». «Пусть мне откажет в письменном виде кто-то из начальства» - прошу я и хлопаю глазами, полными разочарования мужчинами в форме. Терпение и труд всех перетрут, выразимся литературно. Если рассказать свою историю приблизительно шесть раз, можно преодолеть «комплекс вахтера». В конце концов, я попадаю в кабинет, где вполне разумный человек в штатском с первого раза понимает что мне надо, заполняет протокол опроса, в котором я в конце излагаю просьбу о проведении судебной экспертизы, необходимой для последующего обращения в страховую компанию. «Слушайте, а почему это было сложно сделать сразу?» - спрашиваю я. «А, понимаете, это заключение платное, страховая компания эти деньги возвращает при выплате тому, кто ее проводил, то есть нам, но это лишняя бумага». Занавес. Понимаете, мы переводим бумагу, порошок принтера, время сотрудников милиции, потому что по законодательству только им можно дать заключение о степени тяжести телесных повреждений. Справку, которую я могу получить за свой личный счет, в страховой компании к делу, собственно, пришьют, и могут (это тут ключевое слово) пойти навстречу и в порядке исключения счесть подтверждающим документом, но это не по правилам, с нарушением необходимой в данном случае процедуры.

Я же хотела сделать все как следует, по закону, никого не подставляя. Поэтому на следующий рабочий день гостеприимно открыла двери отчего дома назначенному по этому делу сотруднику милиции метрополитена Ярославу, который записал показания мамы по случившемуся инциденту. После этого он изъял в поликлинике карточку и снимки и отвез их в соответствующее учреждение управления Государственного комитета судебных экспертиз Республики Беларусь. Считаем снова: бумага, время работника, бензин и амортизация служебного автомобиля и целый день на это потраченный. Экспертиза проводится в течение пяти календарных дней, после чего милиционеру Минского метрополитена было выдано заключение и медкарточка с рентгеновскими снимками, которые ему следовало вернуть в нашу поликлинику (бумага, бензин и амортизация служебного автомобиля). В конце всей этой нелогичной и затратной, с моей точки зрения, канители меня вызвали на уже ставший родным адрес проспект Независимости, 6 для ознакомления. На руки заключение не выдали, потому что его передадут по запросу страховой компании. Разрешили лишь сфотографировать.

Выплата страхового возмещения

Для тех, кто наивно полагает, что в страховую компанию замечательное (и такое выстраданное) заключение о степени тяжести телесных повреждений попало на следующий же день, у меня плохие новости: прошло полтора месяца, прежде чем специалист «Белэксимгаранта» позвонила нам и сказала, что все запросы пришли и теперь они ждут нас с паспортом у себя в офисе. Вернее, маму можно и не беспокоить, а сделать мне это за нее. Собственно, к работникам «Белэксимгаранта» у меня нет никаких нареканий, все необходимые консультации были оказаны мне на высоком профессиональном уровне, к нашему случаю был проявлен индивидуальный и душевный подход. Про дожатие УВД по охране минского метрополитена мне в «Белэксимгаранте» выразили пиетет.

фото: Pau Buscató

В офисе в пятницу за 10 минут я в бланке описала произошедшую ситуацию (да, сколько ж можно талдычить одно и то же!), указала ближайшее к маминому дому отделение Беларусбанка и приготовилась ждать перечисления страхового возмещения по обязательному страхованию гражданской ответственности перевозчика перед пассажирами в течение пяти рабочих дней. Сумму мне, между прочим, не сказали. Это только маме, на ушко, сначала в телефон, а потом в платежное поручение. Калькуляцию нам (почем сотрясение мозга, а почем перелом руки) заказным письмом тоже не прислали. А вот деньги перечислили вовремя. Сумма оказалась вполне себе эквивалентной путевке в хороший санаторий на заслуженный отдых, куда наша многострадальная мама в ближайшее время, надеюсь, и отправится.

Мораль этого многосерийного триллера

1. Что бы ни случилось — спрашивайте юристов, что по этому поводу отражено в законодательстве Республики Беларусь.

2. Приготовьтесь, что в большинстве госорганизаций вам будут петь песню «Это не наша компетенция». Ваше соло тут — «Тогда дайте мне письменный отказ». Играйте против них их же методами.

3. Вода камень точит. Терпение и труд всех заколебут. Не боги горшки обжигают. Будьте настойчивы, у вас есть цель, следовательно, не должно быть препятствий. А вот много свободного времени — как раз наоборот.

4. С людьми надо разговаривать. Даже внутри самого картинного бюрократа с большой долей вероятности сидит хороший человек, достучитесь до него.

5. Излагайте четко. Уходите быстро.

6. Смотрите всегда себе под ноги, переходите улицу только на зеленый сигнал светофора, уважайте родителей.

7. Будьте здоровы, счастливы и богаты. Наша возьме.

Заметили ошибку в тексте – выделите её и нажмите Ctrl+Enter

Не насиловали – уже хорошо. Три жуткие истории дедовщины в современной армии

Боль • Евгения Долгая
О неуставных отношениях в армии – вымогательстве денег, избиениям и жёстком «воспитании» – СМИ пишут уже две недели. Иногда по таким случаям даже заводят уголовные дела: в 2015 году их было 27, в 2016 – 17, в 2017 – 13. После громких смертей солдат в Печах многие поняли, что армейская система нуждается в серьезных изменениях. Некоторые все еще считают, что таким образом происходит процесс «воспитания» молодого воина, но истории отслуживших мужчин показывают: так нельзя воспитать ни хорошего солдата, ни психологически уравновешенного человека.